Pode-se com os olhos fechados viver…(Konstantin Balmont)

Pode-se com os olhos fechados viver,

Não desejando nem mesmo a sorte

E para sempre adeus ao céu dizer,

E entender, que ao redor há apenas morte.

Pode-se viver, em silêncio esfriando,

Não contando os minutos passados,

Como vive a floresta de outono, afinando,

Como vivem os sonhos apagados.

Pode-se todo o amor renunciar,

Pode-se tudo para sempre deixar de benquerer.

Mas não pode para o passado esfriar,

Mas não pode sobre o passado esquecer!

1927

Tradução do russo*: Robson Ortlibas.
*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite a fonte.

Можно жить с закрытыми глазами,

Не желая в мире ничего,

И навек проститься с небесами,

И понять, что всё кругом мертво.

Можно жить, безмолвно холодея,

Не считая гаснущих минут,

Как живёт осенний лес, редея,

Как мечты поблёкшие живут.

Можно всё заветное покинуть,

Можно всё бесследно разлюбить.

Но нельзя к минувшему остынуть,

Но нельзя о прошлом позабыть!

Soneto (Iossif Brodsky)

Sobreviva a todos.
Sobreviva de novo,
Como se fossem neve,
dança de neve dos sonhos.

Sobreviva às esquinas
Sobreviva ao virar a esquina.
Sobrepuja as cortinas
entre a sina e a mofina.

Mas sobreviva ao momento.
E sobreviva ao século.
Sobreviva ao riso.
Sobreviva ao choro.

Sobreviva ao verso.

Sobreviva a todos.

Tradução do russo*: Robson Ortlibas.
*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite a fonte.

Переживи всех.

Переживи вновь,

словно они — снег,

пляшущий снег снов.

Переживи углы.

Переживи углом.

Перевяжи узлы

между добром и злом.

Но переживи миг.

И переживи век.

Переживи крик.

Переживи смех.

Переживи стих.

Переживи всех.

Ele não voltou da batalha – Vladimir Vysotsky

Para ver a legenda em português, clique no ícone “CC” no vídeo.

Tradução do russo* e legendagem: Robson Ortlibas.

*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite a fonte.

 

Texto em russo:

ОН НЕ ВЕРНУЛСЯ ИЗ БОЯ

Почему все не так? Вроде все как всегда:
То же небо – опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.

Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.

То, что пусто теперь, – не про то разговор,
Вдруг заметил я – нас было двое.
Для меня будто ветром задуло костер,
Когда он не вернулся из боя.

Нынче вырвалась, будто из плена, весна,
По ошибке окликнул его я:
– Друг, оставь покурить! – А в ответ – тишина:
Он вчера не вернулся из боя.

Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие – как часовые.
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.

Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло для обоих.
Все теперь одному. Только кажется мне,
Это я не вернулся из боя.

лето 1969

Quem sou eu? (Nika Turbiná)

Ника_Турбина
Quem sou eu?
Com olhos de quem eu observo o mundo?
Dos amigos? Do povo? Dos animais?
Das árvores? Dos pássaros?
Com lábios de quem eu prendo o orvalho
Das folhas caídas na calçada?
Com braços de quem eu abraço ao mundo,
Tão indefeso, frágil?
Perco minha voz nas vozes
Das florestas, dos campos, das chuvas, das nevascas,
Da noite…

Então, quem sou eu?

Em quê procuro a mim mesmo?

Responder a todas as vozes da natureza?

Tradução do russo*: Robson Ortlibas.

*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite a fonte.

Кто я?

Глазами чьими я смотрю на мир?

Друзей? Родных? Зверей? Деревьев? Птиц?

Губами чьими я ловлю росу,

С упавшего листа на мостовую?

Руками чьими обнимаю мир,

Который так беспомощен, непрочен?

Я голос свой теряю в голосах

Лесов, полей, дождей, метели, ночи…

Так кто же я?

В чём мне искать себя?

Ответить как всем голосам природы?

Vazio (Sigitas Parulskis)

Sigitas ParulskisMeus sapatos estão vazios, aha, vazios estão meus sapatos,
Linhas brancas de sal visíveis no couro rachado.

Minhas calças, minhas calças estão vazias completamente.
Onde a virilidade, onde a gravidade,
Força a ajoelhar diante da beldade.
As pernas das calças tremulam,
Como as areias que ondulam.

Meu casaco, meu casaco está vazio totalmente.
A bandeira a meio-mastro,
Batendo contra os bolsos do avesso, nada,
Já não há absolutamente nada.

Minha gravata balança no ar
oh, não, droga, oh não, eu nunca
usei esta gravata, meus próprios pensamentos
foram suficientes para estrangular-me.

E ainda, lá, onde eu deveria estar —
Vazio, totalmente vazio,
Roupas, casa, dinheiro,
Livros, amigos — apagadas,
Uma a uma, as minhas pegadas.

Ainda posso ver, por um último momento:
Alguém rapidamente enfiando jornais antigos,
Dentro dos meus sapatos vazios para que, durante o velório,
As pontas não afundem;

Jornais antigos
Com meu pensamento vazio.

Tradução do lituano*: Robson Ortlibas.

*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite a fonte.

Tuščia

Mano batai tušti, ėhė, tušti mano batai

matyti balti druskos dryžiai ant įtrūkusios odos

o kelnės, mano kelnės visiškai tuščios

kur vyriškumas, kur žemės trauka, verčianti

klupti prieš moterį

klešnės sukasi neapčiuopiamos kaip

pustomo smėlio kolonos

ir švarkas, ir švarkas visiškai

tuščias, rankovių nuleistos vėliavos

plakasi per išverstas kišenes, nieko

ir ten jau visiškai nieko

kaklaraištis kadaruoja ore

o ne, po velnių, o ne, niekada

neryšėjau kaklaraiščio, man užteko

ir savo minčių, kurios smaugtų

vis dėlto ten, kur būta manęs –

tuščia, visiškai tuščia

drabužiai, namai, pinigai

knygos, draugai, – nuo visų

pamažu nusitrina mano pėdsakas

dar matau, dar paskutinį sykį man leista:

kažkas paskubom kemša senus laikraščius

į tuščius mano batus, kad nosys

per šermenis nebūtų subliūškusios

senus laikraščius

su mano tuščia atmintim

Esquecerão? Eis que me surpreendi! (Anna Akhmátova)

akhmatovaEsquecerão? Eis que me surpreendi!

Esqueceram-me mais de uma vez,

Por cem vezes no túmulo jazi,

Onde, agora, esteja talvez.

E a Musa, tanto cega quanto ensurdecida,

Na terra a grão reduzida,

Como Fênix das cinzas, em seguida,

No céu azul voltar à vida.

(21 de fevereiro de 1957, Leningrado)

Tradução do russo*: Robson Ortlibas.

*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite, por favor, a fonte.

* * *

Забудут? — вот чем удивили!

Меня забывали не раз,

Сто раз я лежала в могиле,

Где, может быть, я и сейчас.

А Муза и глохла и слепла,

В земле истлевала зерном,

Чтоб после, как Феникс из пепла,

В эфире восстать голубом.

21 февраля 1957. Ленингра

Não entendem nada (Vladimir V. Maiakovski)

Vladimir Maiakovski Disse calmamente ao barbeiro:

“Por gentileza, penteie-me com maneira”.

O refinado barbeiro logo ficou vermelho,

O rosto se alongou como uma biqueira.

“Conservador!

Agitador!”

Brotavam as ofensas.

Relincho em forma de palavrão,

E por lo-o-o-ongo tempo,

Uma cabeça ria das desavenças,

Risos ao vento, como um velho fanfarrão.

<1913>

Tradução do russo*: Robson Ortlibas.

*traduzido sem fins lucrativos. Caso utilize, cite, por favor, a fonte.

Ничего не понимают

Вошёл к парикмахеру, сказал — спокойный:

«Будьте добры, причешите мне уши».

Гладкий парикмахер сразу стал хвойный,

лицо вытянулось как у груши.

«Сумасшедший!

Рыжий!» —

запрыгали слова.

Ругань металась от писка до писка,

и до-о-о-о-лго

хихикала чья-то голова,

выдергиваясь из толпы, как старая редиска.

<1913>